Повелитель молний — визионер

Никола Тесла — гений науки

Никола Тесла — гений науки, физик, инженер, изобретатель в области электро- и радиотехники. Началось все в раннем детстве, после гибели его любимого старшего брата. Это буквально перевернуло жизнь Николы. Начались невыносимые ночные кошмары.

Усилием воли мальчик стал замещать жуткие видения другими картинами. Сначала это были картины мира, в котором он жил. Но в какой-то момент неожиданно для себя он стал совершать экскурсии за пределы знакомой реальности.

С двенадцати лет эти видения дополнились вспышками какого-то невидимого для других света.

«Обычно вспышки возникали, когда я оказывался в опасной или мучительной ситуации или сверх меры радостно возбуждался. Порой они перекрывали картины реальных объектов. Казалось, что весь воздух вокруг меня наполнен языками настоящего пламени, а в голове у меня сияет маленькое солнце». 

Сегодня уже известно, что внутренние световые вспышки иногда сопровождают моменты ясновидения и другие подобные феномены. Современные ученые, изу­чающие парапсихологические способности, уже не считают такие состояния патологическими. Выяснилось, что они связаны с особыми – измененными состояниями сознания (ИСС).

Вот как вспоминал Тесла один из случаев погружения в подобное сверхчувствительное состоя­ние:

«Я бился над проблемой несколько лет. Это был вопрос жизни и смерти. Я знал, что умру, если не решу ее. Мой мозг был напряжен до предела, и в какой-то момент случилось немыслимое. Я услышал тиканье часов в трех комнатах от меня. Приземление мухи на стол глухим стуком отдавалось в моих ушах. В темноте я обладал чувствительностью летучей мыши и мог на расстоянии двенадцати фу­тов [3,6 метра] определить местонахождение предмета по особому ощущению – словно мой лоб по­крывался мурашками… Экипаж, проезжавший в нескольких милях от меня, вызывал дрожь, пронизы­вающую все мое тело. От свистка паровоза за двадцать-тридцать миль… боль была невыносимой… Солнечные лучи так давили на мой мозг, что я едва не терял сознание… И вдруг я увидел вспышку, по­хожую на маленькое солнце. В одно мгновение истина открылась мне. Это было состояние абсолют­ного счастья. Мысли шли нескончаемым потоком, и я едва успевал фиксировать их».

С годами интенсивность внутренних вспышек у Теслы нарастала и достигла максимума, когда ему было около двадцати пяти лет. Позднее они стали реже, но полностью так и не прекратились. На 65-м году жизни Тесла писал:

«Эти световые феномены времена­ми все еще появляются, в особенности когда какая-нибудь новая идея высветит неслыханные доселе возможности».

Подобные состояния время от времени испытывают многие творцы. Происходит это, как прави­ло, неожиданно – как и у Теслы в первый раз. Но Тесла со временем научился входить в такое состояние всегда, когда этого хотел. Он утверждал, что может в любой момент начисто отклю­чать свой мозг от внешнего мира. И в этом состоянии к нему приходят «вспышки ­энтузиазма», «внут­реннее видение» и­ «приступы сверхчувствительности».

Он замирал и напряженно о чем-то думал, не замечая никого вокруг. В эти минуты, считал ученый, сознание его проникало в загадочный тонкий мир интуиции.

«Интуиция – это нечто, выходящее за пределы знания. Мы, несомненно, распо­лагаем более тонкой материей, которая позволяет нам постигать истины, когда логические умозак­лючения или любые другие волевые усилия мозга оказываются тщетными». 

 

 Метод Николы Тесла

Попытки управлять своей волей и внутренними образами развили у Теслы важную творческую способность – то, что сегодня называют «методом Теслы» или «методом прямого видения».

«Когда в семнадцать лет мои мысли серьезным образом настроились на изобретательство, я, к своему удовольствию, увидел, что с величайшей легкостью могу видеть внутренним зрением. Мне не нужны были модели, чертежи или опыты. Я мог столь же реально представлять все это в моем соз­нании». 

Сам ученый называл свой метод «методом материализации творческих концепций». Целенаправ­ленно развивая и умело применяя его, Тесла доводил свои конструкции до совершенства, не прибегая ни к моделированию, ни к натурным испытаниям.

«Таким образом, я, не осознавая этого, подошел к развитию нового метода материализации изобретательских концепций и идей, который радикально отличается от чисто экспериментального и является, по моему мнению, куда более быстрым и эффективным.
Мне не нужны модели, рисунки и эксперименты. Когда у меня рождается идея, я не спешу приступить к практической работе, а начинаю строить прибор в своем воображении. Изменяю конструк­цию, вношу улучшения и мысленно привожу механизм в движение… Части возникающих в моем сознании механизмов совершенно реаль­ны и осязаемы в каждой своей детали, вплоть до мельчайших цара­пин и следов износа… И для меня абсолютно неважно, управляю я своей турбиной в мыслях или испытываю ее в мастерской. Никакой разницы в результатах не будет. Мое устройство неизменно будет работать так, как я это себе представлял. За двадцать лет у меня не было ни одного исключения. А воплощение на практике сырой идеи, как это обычно делается, является ни чем иным, как потерей энергии, денег и времени».

Он не пользовался математическими операциями в той мере, как это принято сегодня. Ему не нужны были сложные уравнения. Он схватывал главное, суть вещей, принципы. Именно их он прозревал в первую очередь, когда целенаправленно по­гружался в измененное состояние сознания.

Стратегия изобретательства Теслы в корне отличалась от стратегии его современника и главного соперника – знаменитого изобретателя Томаса Эдисона (1848–1931).

Какое-то время они работали вместе, но потом расстались из-за взаимного неприятия. Слишком уж разными были эти люди. Взять хотя бы их подход к изобретательству. Тесла, как правило, приносил мастерам чертежи уже тщательно продуманной и мысленно испытанной конструкции.

Эдисон же спе­шил воплотить свои и чужие сырые идеи в материальной форме и только потом начинал доводить их до нужного качества. Он являлся принципиальным приверженцем «метода проб и ошибок» и был убежден, что«изобретение – это один процент вдохновения и девяносто девять – пота».

Тесла видел причину такого подхода прежде всего в недостаточной грамотности великого экс­периментатора:

«Имея слабые познания в математике, Эдисон опирался главным образом на продол­жительные и трудоемкие опыты». К примеру, подбирая материал для нити в электрической лампоч­ке, Эдисон целых четырнадцать месяцев испытывал различные металлы и сплавы для того, чтобы найти наилучший. Тесле подобный метод представлялся крайне примитивным. Уже после смерти Эди­сона он с горечью и сожалением вспоминал: «Если бы ему [Эдисону] надо было найти иголку в стоге сена, он бы не стал думать, в каком месте ее лучше искать, а с лихорадочной добросовестностью пчелы немедленно принялся исследовать соломинку за соломинкой, пока не нашел бы то, что искал… Глядя на его опыты, я почти жалел его, зная, что немного теории и расчетов сэкономили бы ему 90 процентов усилий…»

Тесла, возможно, был излишне требователен к Эдисону – ведь мало кто способен пользоваться «методом Теслы», аналогов которому история науки вообще не знает.

Впрочем, была и другая причина взаимной неприязни этих великих людей. Когда-то, еще прожи­вая в Европе, молодой Никола почти боготворил Эдисона – в то время уже самого плодовитого изобре­тателя на планете. Да и в Новый Свет он стремился в основном ради того, чтобы оказаться рядом со своим кумиром. Реальность обернулась удручающей прозой.

Человек высокой европейской культуры, владеющий восемью языками, знаток литературы и искусства, музыки и поэзии, блестящий собеседник, очень мягкий и скромный в общении, Тесла был по­ражен грубостью «Земли Блестящих Возможностей» (как он называл Соединенные Штаты), низкой культурой и корыстолюбием американцев. Славянин, традиционно открытый нуждам и бедам других людей, в первые годы жизни в Америке он щедро делился своими идеями и замыслами. Вот как вспо­минал о Тесле Уильям Диксон, один из сотрудников и биографов Эдисона:

«Уже тогда Тесла проявлял задатки гения… Он воодушевлял нас, делая быстрые наброски многочисленных проектов, или заставлял со­чувствовать, рассказывая о своей родине… При этом, как большинство обладателей Божьего дара, он был чрезвычайно тактичен и всегда был готов помочь советом или делом любому члену команды».

Совсем другим человеком оказался Эдисон. Истинный американец, талантливый вы­думщик, прагматичный хитрец, мошенник-виртуоз, он не брезговал никакими средствами, чтобы от­теснить конкурентов. Как вспоминал Тесла,

«единствен­ным критерием успеха для Эдисона была проверка рын­ком… Все, что он делал, было сориентировано в данном направлении… В его духе было обещать огромное возна­граждение, чтобы заставлять людей работать за мизер­ную оплату». 

Эдисон даже не пытался скрывать своих циничных принципов:

«В торговле и промышленности воруют все… Я сам много украл. Но я знаю, как красть…» 

И при этом надменно добавлял, что ему вовсе не надо делать все са­мому, поскольку за деньги он может нанять любого мате­матика, инженера или изобретателя.

Умелый «внедренец» своих, а еще больше чужих идей, Эдисон почуял в наивном сербе с горящими глазами перспективного инженера. Но прошло совсем немного времени, и он понял: дарить ему свои изобретения Тесла не собирается. Более того, в изобретателе переменного тока Эди­сон, все работы которого базировались на постоянном токе, почувствовал опасного конкурента. И то­гда великий Томас повел себя, мягко говоря, не очень достойно: он организовал настоящую обструкцию идеям переменного тока и их автору. Дошло до того, что миллионер Эдисон не погнушался обмануть молодого ученого на 50 тысяч долларов. Тесла, оставшийся без малейших средств к существованию, покинул своего бывшего кумира.

 Внутренний экран Теслы

Сказать, что Тесла был баловнем судьбы и что ему все давалось без особых усилий, значило бы погрешить против истины.

«У меня была настоящая мания доводить до конца все, за что бы я ни брался, и это зачастую доставляло мне трудности». 

С девятнадцати лет и до конца жизни он спал не более двух часов в сутки. И при этом работал до изнеможения.

«Технические решения сами приходят мне в голову… Я совершенно вымотан, но не могу прекратить работу. Мои эксперименты так важны, так прекрасны, так удивительны, что я с трудом могу оторваться от них, чтобы поесть. А когда пытаюсь уснуть, то все время думаю о них. Полагаю, что буду продолжать, пока не упаду замертво».

Но даже при такой творческой одержимости и работоспособности успехи Теслы были бы намного скромнее, если бы не его «метод прямого видения». Размышляя над этим феноменом и осознавая его значимость, ученый пришел к выводу, что вспышки внутреннего света, так пугавшие его в юности, являются предвестниками творческого озарения, суть которого – в подключении к миру идей и восприятии из него неких идеальных форм.

Как предполагал Тесла, восприятие это происходит не глазами, а непосредственно мозгом, и лишь затем в виде образов проецируется изнутри на сетчатку глаза.

«В ответ на образ, возникающий в мозгу вследствие работы мысли, в сетчатке глаза возникает ответное рефлекторное возбуждение, которое превращается в картинку», – писал он в 1893 году. Видимые картины появляются на своеобразном «внутреннем экране». Вглядываясь в него, изобретатель работал уже с виртуальными образами конструкций: мысленно доводил их до совершенства, заставлял функционировать или, как он выражался, «жить». 

Мечтой Теслы было сделать «внутренние картинки мозга» видимыми для других людей. По свидетельству друзей, с этой целью он не только исследовал излучения, идущие из глаз человека, но и экспериментировал с фотографированием мыслей и даже разрабатывал устройство, проецирующее «внутренние картинки» на внешний экран. Результаты этих исследований неизвестны, но сегодня у идей Теслы нашлись последователи.

Так, исследователю Геннадию Крохалеву из Перми в 1970-е годы неоднократно удавалось фотографировать довольно четкие образы, излучаемые глазами людей. Работают в этом направлении и японские ученые. Они уже создали высокочувствительный экран, на котором, когда кто-то пристально смотрит на него, возникают контуры изображений или людей.

Благодаря работе с внутренними зрительными образами появлялись многие изобретения и открытия Николы Теслы. Но – вот парадокс! – ученый полагал, что лично он ничего не создает, не творит, что он – лишь проводник неких идей.

«Каждая возникающая у меня мысль вызывается некоторым воздействием извне. Не только мысли, но и все мои действия возникают подобным образом».

Все уже существует в мире идей, утверждал ученый, – надо просто это увидеть, рассмотреть и воссоздать на вещественном плане.

Перейти на главную страницу

P.S. Дружба животных

Также рекомендую Обратить Внимание 
на следующие Статьи:

Все мы путники  

Непреложный закон кармы   

Теософия 

Циолковский Константин Эдуардович

Делитесь с друзьями, им тоже будет интересно:

Самое популярное в сети:

Загрузка...

Related posts:

Один комментарий

  1. Творческой одержимости и работоспособности Теслы можно позавидовать. Недаром говорят:»Гений — это талант + труд!»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *